Сiдайте у гурток, малятки. Сейчас дiд Панас расскаже вам казочку.

Давно это было, сы́нки — в те времена стародавние, когда по телефонам ещё звонили, а сло́ва «ынторнет вещей» не придумали; в стране далёкой и богатой — за тридевять земель, в тридесятом царстве законности и демократии.

И жили в стране сей мультифункциональные устройства сканер‑копир‑принтер — да не мелочь пузатая, кою хозяева радушные на стол гордо ставят, а такие, каковые сами со стол размером, и ценятся у торговца хитромудого столько, сколько холопу убогому за жизнь сознательную не заработать. И сдавались эти устройства фирмам малым да незначительным в аренду — что позволяло фирмам тем, во‑первых, не отдавать торговцу мешок золота сразу, а во‑вторых, не заморачиваться покупкой расходников, техобслуживанием и проч.: от арендодателя такого девайса раз в какое‑то время приходит холоп, специально обученный, аппарат сий открывает, тонер израсходованный досыпает, смазывает что долженствует, ну и так далее. И окромя прочего, холоп сей, специально обученный, считывает с аппарата показания счётчиков — сколько страниц отпечатано было, сколько тонера израсходовано и т. п. — и записывает эти показания в книжечку свою. В центральном офисе своём холоп сей показания эти докладывает, и арендодатель выставляет арендатору счёт: «в месяце прошлом 450 страниц напечатать вы изволили, так оплатите же дань в 45 монет звонких, не деревянных».

Фирма, в каковую дiда Панаса работать позвали, родила мышь мысль: «А зачем холопа, специально обученного каждый месяц гонять? Пусть ходит он токмо туда, где что‑то воистину сломалось. А узнавать, куда холопа посылать, будем мы при помощи коробка малого, специально обученного запрограммированного, каковой одним кабелем подключится к этому самому устройству зело многофункциональному, а другим — к сети вольной, международной, Интернетом кличущейся. Коробок сей диагностику всю прочитает, на наш сервер передаст, и доложит сервер арендодателю, к какому конкретно клиенту потребно слать холопа, специально обученного, с бутылью смазки али коробкой тонера, а к какому — всего‑навсего счёт в конвертике малом, бумажном.»

И сел дiд Панас писать часть серверную, с каковой коробчонка должна была соединяться и докладывать что до́лжно. А саму коробчонку — и железо, и софт — аутсорснула (ещё до того, как слово сие изобретено было) фирма в страну далёкую и загадочную, кою Кетаем кличут.

Долго ли, коротко ли, прошли годы месяцы, и пришла из земли далёкой коробка малая. И подключили её к серверам, и зажужжали тестовые ксероксопринтеры, и заморгала заморская коробчонка глазками зеленоватыми, и потекли по проводам байтики, и прожевали их написанные дiдом Панасом со товарищи сервера, и выплюнули счета, и возрадовались и CTO, и CIO, и CEO, и shareholder‑ы, и выпустили коробчонки в продакшн. А дiда Панаса отправили... нет, не на пенсию — на все четыре стороны отправили (слава богу, что с выходным пособием), ибо известно всем: дiд сделал своё дело — дiд может уходить.

Вот только неувязочка вышла: как пошла коробочка по рукам клиентов — оказалось, что ж‑ж-ж сие — неспроста: не всегда отзывались коробочки на призывы серверов своих, а коли отзывались, то не признавали командиров своих, а коли признавали, то несли в ответ ерунду несусветную. А коли привозили коробки малые в офис фирмы, где ждали их мастера дел заплечных с добрыми словами и такими же намерениями, дабы устроить им допрос с пристрастием — так прекращали коробчонки выкобениваться сий же час, и работать начинали без нареканий, аки доктор дiд Панас в спецификации прописал.

И пошли и CTO, и CIO, и CEO, и shareholder‑ы нет, shareholder‑ы никуда не пошли — не барское это дело — к дiду Панасу на поклон. И встал дiд Панас со своей завалинки, взял в руки посох свой крепкий, деревянный, и молвил: «Помогу я вам, сы́нки; посмотрю я, чем горю вашему помочь. Но знайте: таксу возьму я с вас не простую, а золотую.»

И взошёл дiд Панас в свой старый офис, и смахнул дланью своей пыль с клавиатуры, и призвал он демонов, именуемых словами страшными, колдовскими — trafshow(1) и tcpdump(8), и медитировал над тем, что сказали ему демоны о продакшене. И дошло до дiда Панаса, почему работали коробки в офисе фирмы, да не всегда работали в продакшне, и вспомнил он заклинания заветные: “maximum transmission unit” и «фрагментация пакетов», и про гарантии священные протокола великого IP.

В офисе, коий пользовал сеть быструю, Ethernet‑овую, в коей jumbo‑кадры бродили вольные, непуганые, — первый же пакет пересылаемый гарантированно всё необходимое в себя вмещал. Когда ж привозили коробок малый к клиенту неблизкому, путь пакетов от сервера до него (и обратно) тернист был и извилист, и коли встречали пакеты пузатые на пути своём интерфейсы с MTU невеликими, то плакали интерфейсы сии слезами горючими, и фрагментировали пакеты, и пропихивали фрагменты свозь себя в уверенности, что сторона принимающая соберёт пакет исходный из кусочков, в соответствии полном с заветами Винтона Серфа и Боба Кана великих, что в книгу не особо тайную записаны, из листов многих, RFC зовущихся. Но не были заветы, Серфом и Каном писанные, кетайцами ушлыми читаны; а если и читаны — то не поняты, а если и поняты — то не так, и обрабатывала коробчонка ихняя из приходящих пакетов‑кусочков тот только лишь, каковой быстрее остальных по проводам прибежать успел да не потерялся по дороге — и чихала звучно на все прочие с высоты своей невеликой. А понеже не обещает великий протокол IP порядка, а доставку токмо (ибо ежели кому порядок и целостность нужны, тот сынка его призывает, TCP), то и видели коробчонки вместо сообщений серверовых стройных шелупонь всякую.

И указал дiд Панас перстом своим, от клавиатуры заскорузлым, на чушь сию несусветную заказчикам. И бил CTO челом о длань свою да со всей силы; и закручинился CIO; и вырвал попросил CEO вежливо у дiда Панаса посох его крепкий, деревянный, и умчался быстрее ясна сокола в страну далёкую Кетай на крыльях люминиевых, боинговых, обещав то ли инсталлировать посох сей кому‑то в отверстие неподобающее, то ли раздать чегой‑то кетайцам ушлым — да ветер налетел вольный, и услыхали присутствующие из слов его что‑то лишь про «...юлей»; и shareholder‑ы нет, shareholder‑ы никуда не пошли — не барское это дело.

Скоро сказка сказывается, но и ...юли тоже не долго раздаются — не прошло и недель нескольких, как прибыли из далёкой страны Кетай коробки малые с прошивкой исправленной — знать, в отверстие подобающее посох инсталлирован был — и за...тряслось всё, запыхтело, и сервера зажужжали, и полились данные в глубокие закрома баз соответственных, и потекли денежки вечнозелёные стремительным домкратом в карманы shareholder‑ов (и теперь‑то они уж точно никуда не пошли: вот это — барское дело).

И я там был, только пива не пил — горькое оно. И вообще, сказка — ложь, да в ней намёк, добру молодцу про уровни модели OSI урок, не любо — не слушай, а семинар проводить не мешай!